Тонкая, холодная рука легла на лицо. Сквозь приоткрытые веки, в голубом, мерцающем сиянии были видны длинные острые когти. Мужчина не шевелился, только волосы на голове, казалось, начали медленно седеть.

Руки, руки, разные руки, руки в масле и руки наманикюренные, руки женские, мужские и непонятно чьи, даже детские руки.

Василий нервничал. На столе лежал флаер на закрытую вечернику в клубе. Обещали шоу, девочек и классную музыку. Надо было собираться.

Её глаза...
В этих зелёных глазах можно было утонуть. Её улыбка была в них, две миндалины зелёного цвета. Радость и печаль, в них было всё.

В память о тебе и том лете.

Я дарю тебе эту розу в знак нашей любви!

Телефон продолжал звонить, а содержимое сумочки всё не заканчивалось. Весь пол был завален лаками и помадами, при каждом шаге слышался хруст колпачков, но звонок не прекращался - сумка была бездонная.